image image
Ведение гражданских дел Опытный адвокат ведет гражданские дела -  по жилищным и трудовым спорам. Адвокат оказывает также юридические услуги в сфере административных правонарушений, в том числе в области дорожного движения (например, о лишении права управления транспортным средством и др.). Ведение гражданских дел по спорам о взыскании долгов.  
Ведение уголовных дел преступления в сфере экономики (преступления против собственности, преступления в сфере экономической деятельности),  преступления против личности (против жизни и здоровья, против свободы, чести и достоинства, против половой неприкосновенности и половой свободы личности), против общественной безопасности и порядка  (против безопасности движения и эксплуатации транспорта),  преступления в сфере незаконного оборота наркотиков, должностные преступления;  
Размер текста


ОБОСНОВАННО ЛИ РАСШИРЕНИЕ ТАКОЙ КАТЕГОРИИ ДЕЛ, КАК ДЕЛА ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ? В.В. СТРУКОВА

image.jpgСтрукова В.В., старший преподаватель кафедры уголовного процесса и криминалистики Юго-Западного государственного университета (г. Курск).
Одним из основных положений Концепции судебной реформы в Российской Федерации среди прочих направлений реформирования уголовно-процессуального законодательства явилась идея о расширении частных начал в уголовном процессе. В самом общем понимании это означает расширение свободы действий частных лиц. Это обусловливает необходимость разработки и внесения дополнений и изменений в уголовно-процессуальное законодательство, направленных на предоставление личности больших возможностей по обеспечению и защите своих прав и законных интересов в уголовном судопроизводстве . Следует отметить, что на протяжении более чем ста лет в науке ведутся дискуссии об объеме и характере дел, которые можно отнести к делам частного обвинения, а если выразиться точнее - о пределах полномочий лица в распоряжении принадлежащими ему благами. Особую остроту дискуссия приобрела в период подготовки и обсуждения проектов Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.


Седаш Е.А. Частное начало в российском уголовном судопроизводстве: Автореф. дис. ... канд. юрид наук. Саратов, 2000. С. 11.

Действующий Уголовно-процессуальный кодекс РФ регламентирует производство в порядке частного обвинения лишь по делам о четырех преступлениях. Несомненно, это мизерное количество, и если мы скажем, что при решении вопроса о возбуждении уголовного дела публичное начало практически подавляет частное, то будем правы. В целом этот же круг преступлений был отнесен к разряду дел частного обвинения и в Уголовно-процессуальных кодексах РСФСР 1922, 1923 и 1960 гг.


Каковы же основания выделения уголовных дел частного обвинения в особую категорию?
В литературе высказывались различные точки зрения на решение этого вопроса, но и на сегодняшний день нет единого мнения о мотивах, обусловивших такое выделение. Одна из точек зрения - это концепция частного деликта, берущая свое начало в древнеримском праве. Суть ее состоит в том, что существует известная категория преступлений, безразличных для государства и посягающих исключительно на права частных лиц, т.е. как бы лишенных признака общественной опасности. Однако, принимая во внимание законодательное определение преступления, из которого следует, что не может быть преступлений, посягающих только на личные интересы, необходимо отметить, что данная концепция не может быть принята в качестве основания для выделения соответствующей группы противоправных деяний. Другая точка зрения основывается на том, что определенные преступления выделены в особую группу по признакам их малозначительности. Такой точки зрения придерживался, например М.А. Чельцов, считавший, что группу дел частного обвинения образуют главным образом "мелкие правонарушения". Он усматривал причину выделения их в особую категорию в том, что "каждым отдельным посягательством такого рода правопорядок нарушается столь мало, что законодатель передает право преследовать виновного и отказываться от преследования потерпевшему от преступления" .



Уголовный процесс: Учебник для вузов / Под ред. М.А. Чельцова. М., 1969. С. 186.

Вопрос о том, материальное или процессуальное законодательство должно определять круг преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, активно обсуждался в период проведения в России судебно-правовой реформы в конце XIX в. В этой связи примечательно мнение И.Г. Щегловитова, считавшего, что перечень уголовно-частных преступлений обыкновенно помещается в уголовных кодексах, что наиболее правильно, так как институт частной жалобы коренится в особых свойствах деяний, признаваемых уголовно-частными, но отнюдь не в процессуальных условиях их преследования .


См.: Щегловитов И.Г Главнейшие изменения уголовного процесса, вызываемые новым уголовным Уложением. СПб., 1903. С. 6.

Можно согласиться с И.Г. Щегловитовым в том, что определение круга преступлений, которые могут преследоваться по процедуре частного обвинения, - прерогатива уголовного закона. Но его выводы о том, что не должны учитываться моменты, связанные с процессуальной осуществимостью уголовного преследования, неубедительны. Действительно, в российском законодательстве XIX в. перечень преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, содержался в нормах не процессуального, а материального права. В ст. 18 и 19 Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, устанавливалось, что "проступки против чести и прав частных лиц, означенные в ст. 84, 103, 130 - 143 и 145 - 153, подлежат наказанию не иначе как по жалобе потерпевших обиду, вред или убыток. Кража, мошенничество и присвоение чужого имущества между супругами, а также между родителями и детьми подлежат наказанию не иначе как по жалобе потерпевшего убыток лица". В ст. 20 этого же Устава подчеркивалось, что "проступки, означенные в статьях 18 и 19, не влекут за собой наказания в случае примирения обиженного или потерпевшего убыток с виновным в проступке лицом" .


Российское законодательство X - XX веков / Под ред. О.И. Чистякова. М., 1991. Т. 8. С. 397.



Ряд процессуалистов, в том числе М.С. Строгович, Н.Н. Полянский, В.Н. Рощин, видели главную причину выделения известных дел в особую категорию в том, что наличие состава преступлений указанной категории зависит от того, как это деяние воспринимается лицом, против которого оно направлено. Так, М.С. Строгович писал, что государству нет смысла самому, по собственной инициативе возбуждать преследование по этим делам, если лицо, формально призванное потерпевшим от этих преступлений, реально таковым себя не чувствует; лишь в том случае, когда потерпевший просит у государства защиты, соответствующий государственный орган ему эту защиту дает . Это основание имеет известный смысл в отношении дел об оскорблениях, но он не может объяснить включение таких преступлений, как побои и причинение легкого вреда здоровью. Для данной категории уголовных дел некоторые ученые выделяли целый ряд взаимосвязанных оснований. Например, С.И. Катькало и В.З. Лукашевич к числу оснований относили: саму природу этих преступлений, затрагивающих субъективные права граждан; то обстоятельство, что дела частного обвинения, как правило, затрагивают сравнительно узкий круг людей (членов семьи, родственников, соседей, сослуживцев); то обстоятельство, что вмешательство государства, вопреки желанию потерпевшего, в данный конфликт может "нанести существенный урон семейно-брачным отношениям, отношениям товарищества и дружбы и другим нормальным личным взаимоотношениям советских граждан и привести к дальнейшему обострению конфликта" .



Строгович М.С. Уголовные дела, возбуждаемые по жалобе потерпевшего // Еженедельник советской юстиции. 1926. N 41. С. 1186; см.: Полянский Н.Н. Процессуальные права потерпевшего. С. 58 - 59.
Катькало С.И., Лукашевич В.З. Судопроизводство по делам частного обвинения. Л., 1972. С. 29.

Очевидно, что в ряде случаев при совершении преступления возникает конфликт между интересами общества, требующего наказания за конкретное деяние, и интереса потерпевшего, желающего, чтобы преследования и возникшей с ним огласки не было. Поэтому государство, учитывая относительно небольшую опасность этих преступлений, предоставляет гражданам возможность самим урегулировать возникший конфликт. В тех же случаях, когда этот конфликт между гражданами не урегулирован, потерпевшему предоставляется право обратиться в суд и требовать защиты своих интересов. Однако и в суде потерпевший имеет право примириться с обвиняемым. Все это свидетельствует о том, что государство стремится, прежде всего, урегулировать возникший между гражданами конфликт мирным путем, не прибегая к мерам наказания. Результаты, полученные при рассмотрении оснований выделения дел частного обвинения в специальную категорию уголовных дел, позволяют нам говорить о том, что проблема эта комплексная.
Одним из определяющих моментов проблемы является то обстоятельство, что частное начало занимает очень важное место в национальном уголовном судопроизводстве многих стран мира. Проведенное исследование позволяет нам говорить о том, что дальнейшее развитие отечественного института частного обвинения обусловлено как внутренними потребностями, так и требованиями международного права . По нашему мнению, в настоящее время созданы реальные предпосылки расширения числа дел, преследуемых в частном порядке.



Декларация основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, утв. Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 40/34 от 29.11.1985 // Сов. юстиция. 1992. N 9 - 10.

Расширение круга дел частного обвинения по природе вещей означает :



Жалинский А.Э. Современное немецкое уголовное право. М.: Проспект, 2006. С. 87.

- уменьшение публично-правового и увеличение частноправового усмотрения при потенциальном сохранении исполнительной компетенции правоохраны и обязанностей судебной власти по разрешению уголовных дел; расширение прав граждан и иных субъектов права, не являющихся юрисдикционными органами;
- ужесточение контроля над правоохраной;
- изменение характера профессионального труда и, в частности, депрофессионализацию аргументов уголовного преследования, проявляемую в пределах уголовной ответственности.
Исследуя эволюцию данного вопроса, необходимо отметить, что в юридической литературе приводились достаточно убедительные аргументы как сторонников расширения круга составов преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, так и их противников. Для одних характерно обращение к истории уголовного процесса и признание того, что преступления постепенно утрачивают тот частный характер, который они носили в древнейшие исторические эпохи. Соответственно, наказание, по их мнению, стало носить только публичный характер . Другие авторы, исследуя данную проблему, предлагали существенно расширить круг составов преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения.



Резон А.К. О преступлениях, наказуемых только по жалобе потерпевшего по русскому праву. СПб., 1882. С. 5 - 6, 11; Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. 2-е изд. СПб., 1896. Т. 1. С. 2 - 9.

Учеными, выступавшими за расширение перечня составов преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, помимо клеветы, оскорбления, умышленного причинения побоев, легких телесных повреждений, предлагалось включить в него: самоуправство; нарушение тайны переписки, нарушение неприкосновенности жилища; присвоение; воспрепятствование совершению религиозных обрядов; кражу (без квалифицирующих признаков) ; злостное уклонение от уплаты алиментов; угрозу убийством ; преступления небольшой тяжести против личности .



См.: Рогова О.И. Пределы проявления диспозитивных признаков в уголовном судопроизводстве. Томск, 1994. С. 13; Петрухин И.Л. Правосудие: время реформ. С. 163 - 164; Томин В.Т. Острые углы уголовного судопроизводства. М., 1991. С. 71; Яни П.С. Если пострадавший собственник против уголовного преследования // Право и экономика (газета). От 7 июня 1995 г. N 21(59). С. 8; Бусырев С.Н. Освобождение от уголовной ответственности и наказания с передачей материалов уголовного дела в товарищеский суд: Дис. ... канд. юрид. наук. Свердловск, 1967. С. 18.
Проект Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, предложенный Министерством юстиции Российской Федерации. С. 170.
Проект общей части Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации Государственного правового управления Президента РФ. М., 1994. С. 23.

Другие, наоборот, полагали, что отдельные преступления затрагивают в основном частные права и интересы граждан и поэтому государство не должно без их желания вмешиваться в их взаимоотношения с обидчиком, привлекая последнего к уголовной ответственности без волеизъявления на то пострадавшего. Они же предлагали дополнить перечень преступлений, преследуемых лишь по жалобам потерпевших .



Гуценко К.Ф. К вопросу о частном обвинении в советском уголовном процессе // Правоведение. 1959. N 4. С. 139; Полянский Н.Н. Вопросы уголовного процесса в связи с проектом УПК СССР // Соц. законность. 1954. N 6. С. 25; Пашкевич П.Ф. Проблемы процессуального обеспечения оперативности и быстроты судопроизводства. М., 1971. С. 80; Калашникова Н.Я. Общие условия судебного разбирательства в советском уголовном процессе. М., 1963. С. 19; Москалькова Т.Н. Гарантии неприкосновенности частной жизни граждан в уголовном процессе в свете судебной реформы. М., 1995. С. 59.

А.К. Резон, исследуя дела о преступлениях "неофициальных", отмечал, что мотивами отнесения преступлений к таковым являются: известные соображения, заимствованные из международного государственного права; существование особенных отношений между потерпевшим и виновным; уважение к святости семейного союза, к чувствам и интересам потерпевшего; незначительность преступления с точки зрения общества.
В монографии С.И. Катькало и В.З. Лукашевича этому вопросу уделено значительно больше внимания . Авторы постарались более полно и аргументированно определить основания выделения преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, в особую категорию. Ими установлены следующие отличительные признаки дел частного обвинения:



Катькало С.И., Лукашевич В.З. Указ. соч. С. 44 - 45.

1) существование особых преступлений, посягающих на субъективные права граждан, т.е. на их честь, достоинство и здоровье;
2) сложность установления не только общественной опасности деяния и личности виновного, но и признаков самого состава преступления без учета субъективного мнения потерпевшего;
3) совершение преступлений в ходе бытовых конфликтов;
4) отсутствие необходимости в производстве предварительного расследования;
5) способность потерпевших решать вопрос о привлечении виновного к уголовной ответственности без вмешательства государственных органов;
6) необходимость показаний потерпевшего, без получения которых нельзя правильно и объективно рассмотреть дело;
7) вмешательство государственных органов вопреки воле потерпевших может нанести существенный урон семейно-брачным отношениям, товарищества, дружбы и привести к дальнейшему обострению конфликта;
8) меньшая общественная опасность по сравнению с другими преступлениями;
9) стремление законодателя определить справедливый порядок судопроизводства.
В настоящее время многие авторы приходят к выводу о необходимости значительного расширения категории дел частного обвинения . Другие аргументированно им возражают, справедливо указывая о недопустимости включения таких составов, которые имеют высокую степень и характер общественной опасности. По их мнению, государство обязано оградить других граждан от этой опасности, не дожидаясь волеизъявления потерпевшего в каждом конкретном случае .



См.: Багаутдинов Ф. Расширение частных начал в уголовном процессе // Российская юстиция. 2002. N 2. С. 15; Ухова Е.В. Институт частного обвинения в уголовном судопроизводстве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Владимир, 2004. С. 20 - 21; Рогова О.И. Пределы проявления диспозитивности в уголовном судопроизводстве: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 1994. С. 13; Аникина Е.И. Производство по делам частного обвинения: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саранск, 2000. С. 15; Головачук О.С. Частное обвинение в уголовном процессе: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2001. С. 14.
Тенсина Е.Ф. Производство по делам частного обвинения как форма диспозитивности: Дис. ... канд. юрид. наук. Ижевск, 2004. С. 37.



Проведенный анализ позволяет нам говорить о том, что зачастую предложение пополнить список "дел частного обвинения" не всегда выглядит целесообразным и достаточно аргументированным. Так, нам трудно согласиться с предложением о включении автотранспортных преступлений в рассматриваемую категорию: не представляется возможным это в связи с тем, что диспозиции этих норм предусматривают в качестве конструктивного признака причинение как минимум вреда здоровью.
Преступления, предусмотренные ст. 154 и 155 УК РФ, хотя по некоторым формальным признакам и отвечают выделенным основаниям, однако вряд ли могут быть отнесены к делам частного обвинения, поскольку имеют достаточно высокую степень и характер общественной опасности. Как свидетельствует судебно-следственная практика, незаконные действия по усыновлению (удочерению) детей, передаче их под опеку (попечительство), на воспитание в приемные семьи, а также разглашение тайны усыновления зачастую приводит к совершению иных более тяжких преступлений. Только за последние несколько месяцев наша общественность была взбудоражена теми вопиющими фактами садизма к усыновленным (удочеренным) малолетним детям, которые допускались по отношению к ним новоиспеченными родителями.
Что касается некоторых форм неквалифицированного хищения, а также преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ , на наш взгляд, отнесение их к рассматриваемой категории дел недопустимо. Конструктивным признаком этих составов является корыстная цель, наличие которой позволяет говорить о сравнительно большой общественной опасности подобного рода преступлений.



Аникина Е.И. Указ. соч. С. 15.

Позиция Е.Ф. Тенсиной свидетельствует о недопустимости включения в "список дел частного обвинения" преступлений, предусмотренных ст. 213 УК РФ, а также ст. 121, 122 УК РФ. По ее мнению, "общественная опасность венерических заболеваний, в том числе опасность ВИЧ-инфекции, не только в том, что какой-то субъект заражает ими потерпевшего, но и в том, что преступник остается носителем инфекции. Более того, по рекомендациям ООН и ВОЗ во всем мире используются публичные механизмы борьбы с "чумой" 20 века" .



Тенсина Е.Ф. Указ. соч. С. 46.

Говоря о необходимости расширения частных начал, некоторые авторы, в том числе Ф. Багаутдинов , предлагают пересмотреть перечень дел частного обвинения, включив в него ряд дополнительных составов преступлений. Предложение заслуживает внимания. Возьмем, например, автотранспортные преступления, ответственность за которые предусмотрена ст. 264 УК РФ. Часть 1 этой статьи относится к преступлениям небольшой тяжести, ч. 2 - к преступлениям средней тяжести, ч. 3 - к тяжким. Преступление характеризуется неосторожной формой вины. Дела этой категории преступлений относятся к делам публичного обвинения, что вряд ли является обоснованным.



Багаутдинов Ф. Указ. соч. С. 33.

Практика свидетельствует о том, что для подавляющего большинства потерпевших по делам этой категории более важным является вопрос о возмещении вреда, причиненного здоровью и автотранспортному средству. Вопрос о привлечении виновного к уголовной ответственности здесь нередко отходит на второй план. Зачастую в качестве обвиняемых и потерпевших по таким делам проходят члены одной семьи, родственники, близкие и знакомые люди. Поэтому по таким делам часто появляются заявления о прекращении уголовного дела и согласно ст. 76 УК РФ при наличии такого заявления можно принять решение о примирении, а по ч. 2 ст. 264 УК РФ примирительный процесс невозможен. Поэтому целесообразно ч. 2 ст. 264 УК РФ перевести в категорию дел частно-публичного обвинения, которые прекращаются в случае примирения.
Безусловно, эти предложения интересны и заслуживают внимания. Однако вызывает сомнения, насколько приведенные выше составы преступлений соответствуют выделенным ранее критериям отнесения к делам частного обвинения. Чрезмерное расширение данной категории дел будет необоснованно. Хотя еще какие-то категории уголовных дел можно было бы перевести в состав дел частного обвинения.

Похожие статьи:

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

уголовное право